Габриэль Ферье. Юдифь

Игорь Стравинский как-то иронически высказался о Вивальди как о скучном и предсказуемом композиторе. И хотя в его устах “скучно” имеет особый смысл, всё же эти слова можно оправдать исключительно тем, что Стравинский плохо знал Вивальди. Он умер прежде, чем были открыты для публики оперы и хоровые произведения этой звезды итальянского барокко.

Если бы Стравинский их услышал, он бы наверняка взял свои слова обратно.

Любовные и лирические фрагменты из Вивальди в Культшпаргалке уже были (ссылки внизу). Здесь пара арий совсем другого рода – ураганных по накалу страсти. Обе – из оратории Вивальди “Триумф Юдифи”.

Вот одна из них: ария главной героини “Agitata infido flatu”.

Тут Юдифь поёт о бедной странствующей ласточке, которую носит по свету злой ветер. И только обретя своё гнездо, она находит счастье.

Контральто Сара Мингардо.

(Кстати, лет 30 назад эту арию пели совершенно иначе, но теперь принято исполнять её в таком вот вихревом движении).

Чтобы было понятно, откуда в этой музыке такие страсти, нужно в общих чертах напомнить библейский рассказ о Юдифи.

Кстати, он производит впечатление абсолютно достоверной истории.

Вдова из Ветилуи

Густав Климт. Юдифь.
Густав Климт. Юдифь.

В Библии она вовсе не такая декадентствующая нимфоманка, как на этой известной картине Климта. Юдифь – это, практически, ум, честь и совесть иудейского народа. Достойная женщина, плюс ещё красавица и патриотка.

Она богатая вдова, но в знак скорби по мужу уже три года и четыре месяца носит рубище, живёт в палатке на крыше своего дома и постится.

И тут на Иудею нападает ассирийская армия под предводительством Олоферна. Пытаясь прорваться к Иерусалиму, он лишает небольшой пограничный городок доступа к воде.

Народ изнемогает от жажды и ропщет, сделать ничего невозможно, и защитники в отчаянии опускают руки. Они решают сдать город через пять дней, если Господь за это время как-то им не поможет.

Красота и ум – оружие патриота

Но умная Юдифь по принципу “на Бога надейся, а сам не плошай”, предложила исправить ситуацию лично и незамедлительно. Не посвящая никого в подробности своего плана, она впервые за все годы вдовства надела праздничный наряд, все свои драгоценности (в Библии перечисляется, какие именно), накрасилась, надушилась и отправилась в тыл врага, взяв с собой мешок с кошерной едой (этот мешок – важная часть её замысла) и верную служанку.

В лагере Олоферна она реалистично сыграла роль перебежчицы-информатора.

Antonio Gionima. Юдифь, предстающая перед  Олоферном.
Antonio Gionima. Юдифь, предстающая перед Олоферном.

Конечно, она поразила ассирийцев красотой, но, кроме того, своим поведением и рассудительными речами внушила им пиетет и уважение к своей особе.

Три дня Юдифь жила в тылу врага как почётная гостья, приходила на пиры Олоферна со своим мешком (оговорив, что может есть только своё), и на четвёртый день получила приглашение от влюблённого полководца навестить после ужина его покои.

Кровавая развязка

Она изобразила радость от такого лестного предложения, за вечерней трапезой напоила ассирийского полководца как следует, дождалась, пока он свалится замертво и технично отрубила ему голову двумя ударами его же собственного меча.

Тут ей пригодился тот самый мешок с хлебами, с которым её привыкли уже видеть. В него они со служанкой положили голову Олоферна.

Григорио Лаццарини
Григорио Лаццарини

и, не привлекая внимания, вышли из лагеря, чтобы с особым эффектом явить свой подвиг соотечественникам.

Как говорили в СССР, сюжет этот “имеет большое воспитательное значение”: люби свою Родину, не поддавайся женским чарам и не пей много вина.

Тем временем в стане ассирийцев слуга Олоферна – евнух по имени Вагус находит обезглавленное тело своего хозяина. Этот момент Библия описывает так: “И он громко воскликнул с плачем, стоном и крепким воплем, и разорвал свои одежды”.

В оратории он поёт яростную арию, вознося молитвы богиням мести – фуриям.

Сопрано Роберта Инверницци (Италия).

P.S.

Кстати, все мужские партии в этой оратории, даже свирепого ассирийского полководца Олоферна и главного иудейского первосвященника Озии, написаны для женских голосов – альтов или, в современной классификации, контральто и меццо-сопрано. Вагус вообще поёт сопрано, но он молодой евнух, ему простительно.

Причина этого не только в специфическом понимании вокала в те времена, но и в том, что Вивальди написал эту ораторию для девушек из венецианской консерватории (женского приюта с музыкальным уклоном) «Pio Ospedale delia Pieta», где работал в это время.

Трудно представить себе, что в какой-либо современной консерватории сейчас есть такие девушки, которые потянули бы вокал такой сложности и такого масштаба: одних только арий в “Юдифи” 25 (!).

Ещё на эту тему:

👉“Три самые красивые библейские арии Вивальди”

👉“Три чудесные арии Вивальди о любви”

А это кратко о Вивальди:

👉“Что нужно знать о Вивальди”

Поделиться:

ОСТАВЬТЕ КОММЕНТ.

Please enter your comment!
Please enter your name here