Как это началось?

Бетховен стал терять слух в возрасте 26 лет.

Это не было похоже на обычную тугоухость, потому что глухота сопровождалась непрерывным звоном и жужжащими звуками в ушах. В 1800 году, в возрасте 30 лет, он писал из Вены другу детства, боннскому врачу:

“За последние три года мой слух постепенно становится слабее. … в театре мне нужно сидеть очень близко к оркестру, чтобы понять, что играют музыканты, издалека я не слышу высоких нот инструментов и голосов… и я почти совсем не слышу людей, которые говорят тихо. Какой-то звук я слышу, это правда, но слов разобрать не могу. Но если кто-то кричит, я не могу выносить этого”.

Бетховен пытался сохранить эту беду в тайне даже от близких людей. Он боялся что как только все узнают об этом, его карьера пианиста и педагога будет разрушена.

“В течение двух лет я избегал почти всех общественных мероприятий, потому что это было выше моих сил – сказать людям, что я не слышу”, – писал он. “Если бы у меня была другая профессия, было бы легче, но в моей профессии это катастрофа”.

До 40 лет Бетховен еще мог слышать некоторые звуки, но в 44 он был уже совершенно глух.

Почему это произошло?

Ни врачи, ни сам Бетховен не знали, что стало причиной его болезни. Возможно, это было осложнением после тифа или сифилиса. Или следствием привычки Бетховена окунать голову в холодную воду, чтобы прогнать сон и взбодриться. Сам он предполагал, что есть какая-то связь с его хроническим заболеванием желудочно-кишечного тракта.

“Причиной может быть состояние моего живота, который, как вы знаете, всегда было ужасным, – писал он, – поскольку меня всегда беспокоит диарея, которая вызывает необыкновенную слабость.”

Никакое лечение ему не помогало. Бетховен пользовался специальным роялем с более громким звуком, “разговорными ” тетрадями, куда собеседник записывал свои вопросы, и вот такими слуховыми аппаратами:

Выглядело это примерно так:

Одна из горничных Бетховена рассказывала, что когда его слух стал совсем слабым, он сочинял за роялем, зажав в зубах карандаш, конец которого касался корпуса инструмента. Он пытался почувствовать звучание по вибрации.

Как можно сочинять музыку, не слыша звуков?

Физический слух и слух музыкальный – это не одно и то же. Отсутствие физического слуха не мешало Бетховену сочинять музыку. Примерно так же, как немому писателю отсутствие способности читать вслух не мешает писать книги. К тому же большой музыкальный опыт позволил ему моделировать все сочетания звуков и тембров мысленно. Правда, он не мог слышать результаты своего труда и корректировать написанное после прослушивании, как это делают все композиторы.

Долгое время Бетховен все еще очень нуждался в том, чтобы слышать то, что он сочиняет. Он заказал себе рояль с усиленным резонатором, старался форсировать звук, отчего все струны в его домашних инструментах моментально рвались.

Глухота поставила крест не на его композиторской, а на его исполнительской деятельности, а он был одним из великих пианистов своего времени. Эта трагедия происходила на глазах публики. Когда он впервые исполнял Лунную сонату, в бурной третьей части от так сильно бил по клавишам, что молоточки фортепиано запутались в оборванных струнах. Но в тихих фрагментах он нажимал клавиши так слабо, что звуков не было вообще.

То, что в его музыке для фортепиано часто используются низкие регистры – тоже частично связано с проблемами слуха: он лучше слышал низкие тона. Но в последние годы он уже и не пытался услышать что-то, музыка звучала только в его воображении. Поэтому в поздних сонатах очень много высоких и тихих звучаний.

Поделиться:

2 КОММЕНТАРИИ

ОСТАВЬТЕ КОММЕНТ.

Please enter your comment!
Please enter your name here