Примерно до начала 19 века никто понятия не имел, что такое “классическая музыка”. Её просто не было.

Музыка всегда существовала только в настоящем времени

Музыкант до 19 века был мультипрофильным специалистом, одновременно сочинителем и исполнителем своей музыки. Он сочинял музыку и сразу же её исполнял. То, что было уже исполнено, уходило в прошлое и становилось неактуальным. Музыкальная практика представляла собой такую вечно текущую реку, а музыкальное произведение было почти что одноразовой вещью, за очень редкими исключениями.

Со смертью музыканта, как правило, уходила в прошлое и его музыка

Композиторское наследие усопшего, пусть даже очень знаменитого при жизни, никого особенно не интересовало, поскольку его преемники писали новую музыку и продвигали не чужое, а своё творчество. Собственно, им за это и платили.

То, что после смерти Баха или Вивальди перестала звучать их музыка, это не нечто из ряда вон и никакая не вопиющая несправедливость, как многие полагают – это историческая норма. Музыкальная мода менялась очень быстро.

Это не означало, конечно, что великие имена прошлого были совсем забыты. Музыканты-профессионалы знали своих предшественников, особенно, если те успели при жизни издать свои произведения. По этим произведениям учились композиторы – в те времена не было консерваторий. Бах перекладывал скрипичные концерты Вивальди для клавесина, Моцарт копался в фугах Баха, чтобы понять, как это сделано. Но для широкой публики все эти шедевры были мертвы.

В ходу был почти исключительно современный, актуальный репертуар. Композиторы писали и тут же издавались и исполнялись. Слово “новинка” было главным слоганом музыкальной рекламы. Примерно как сейчас на автомобильном рынке или в кинопрокате. Считалось, что музыкальное искусство развивается по формуле технического прогресса – от примитивного к совершенному, поэтому всё, что было написано прежде считалось устаревшим.

Только в самом конце 18 века наметился поворот к переоценке музыкальных ценностей, и медленно, но верно стартовал музыкально-археологический процесс.

Кто и как создавал классику?

Началось все с Англии. А чуть позже – в начале 19 века лидером в движении «назад, к старому» стала Германия. Здесь юный Феликс Мендельсон “открыл” Иоганна Себастьяна Баха, исполнив его “Страсти по Матфею”, у которых была дурная репутация неисполнимой музыки.


Германия того времени нуждалась в духовных опорах. Бах был поднят на щит, и стал символом духовного величия нации. Его музыка стала внедряться в сознание масс усилиями его пропагандистов-энтузиастов. Так началось популяризация исторического музыкального культурного слоя.

Но публика была против. Бах казался напыщенным и скучным. Балакирев пренебрежительно говорил о нем, как о выжившем их ума старикане и называл его “Иоганн Себастьяныч”, а Римский-Корсаков считал, что нормальному человеку Бах показан в малых дозах, не больше.

Но Мендельсон , Лист, Шуман и другие ценители Баха неутомимо толкали громаду его музыки к публике и в этом преуспели. Публика постепенно прислушалась к Баху, и уже в начале 20 века репертуарный поток в концертных залах медленно, но верно, стал разворачиваться в прошлое. Репертуарная река повернулась вспять, и попробуй её теперь останови.

К середине 20 века публика уже и слушать ничего не хотела, кроме “классики” – огромного слоя музыки 18 – 19 веков. К этому времени уже был создан иконостас классической музыки, и великие мёртвые композиторы по умолчанию стали выше любого, самого гениального, но живого.

Сегодня музыкальная мода смотрит ещё дальше в прошлое

Теперь в тренде музыка Возрождения и барокко. Завертелась целая музыкально-археологическая индустрия. Во многих консерваториях открылись факультеты старинной музыки, мастера делают барочные инструменты, вокалисты учатся утраченной вокальной технике барокко (тут же и контртеноры), выпускаются диски, печатаются ноты и одно за другим стали открываться новые, то есть хорошо забытые старые имена.

Время от времени вспыхивают сенсации. Обнаружен новый гений барокко! Или классицизма! Такое впечатление, что любой композитор, живший в 17-18 веке уже имеет существенную фору гениальности перед всяким другим.

Теперь все встало с ног на голову: современная музыка мало кого интересует

Да что там современная! То, что написано 100 лет назад, все ещё слишком ново и непривычно для рядового слушателя, с головой погруженного в далекое прошлое.

Если опера и балет 20 и 21 века титаническими усилиями режиссеров и постановщиков ещё как-то находят своего зрителя, то инструментальная музыка большей частью вне понимания совершенно. Только редкие счастливцы, типа Рахманинова, прорубили себе просеку к слушательской любви. Да и то потому, что опирались на старый стиль.

Вот блиц-тест: если вам предложить на выбор два билета: один на концерт из произведений Шёнберга, другой – на программу с музыкой Вивальди или Грига, вы куда пойдете? Не знаете кто такой Шёнберг? А это, между прочим, ни много ни мало Эйнштейн в музыке 20 века. И пойдете вы, конечно же на Вивальди, он хоть и в 18 веке жил, но всё равно нам милее и понятнее!

Теперь музыка прошлого – это не ветхое старье, как считали в 19 веке, а классика, то есть эталон, золотой век искусства. Учитесь, современные композиторы, как надо писать! А то сочиняете всякую ерунду, слушать невозможно!

Поэтому пианисты играют музыку, написанную 150-200 лет назад, оркестровый репертуар простирается ещё дальше вглубь веков, в тренде оперы Генделя и Рамо.

Современные композиторы пишут «под Баха» и Моцарта, джаз берет из барокко темы для импровизаций, кинопромышленность тоже вовсю эксплуатирует эту музыку.

В общем, без барокко никуда. Музыка эпохи Возрождения в тренде. Романтизм 19 века бурно приветствуется. Это все «классика» со статусом неприкосновенности. Считается, что в здесь все если не гении, то уж великие. И список их все время пополняется.

А 20 век нервно курит в сторонке со справкой об отсутствии настоящих заслуг.

Поделиться:

ОСТАВЬТЕ КОММЕНТ.

Please enter your comment!
Please enter your name here